(no subject)

[nickandrovna]

Стихотворения цензора графа Петра Ивановича Кaпниста. Первое, чур, шансон.

У моря

У моря, у бурного моря
Брожу я один - при луне,
Но горя, тяжелого горя
Не скрыть мне в его глубине...

О чем оно бурное плачет?
О чем его стоны гласят?
Волна как безумная скачет
И брызги как слезы летят...

Свершилось-же нечто такое, -
Свершилось, быть может давно,
Что нет ему вечно покоя,
Что вечно роптать суждено...

И жалобам этим внимает
С участьем невольным весь свет,
Их сердце в тоске понимает
И в песнях их славит поэт...


Гусар

В его очах горит огонь,
На нем мундир как солнце блещет,
Под ним дрожит могучий конь
И ментик в воздухе трепещет.

Сверкает сабля и гремит
И сбруя в пене серебрится,
Красуясь, ловко он сидит
И в даль синеющую мчится...

Вот он, - красавицы мечта!
Вот он, - сияющий невежда!
России шаткая надежда,
И блеск, и шум, и пустота!

1848


Вечером

Высоко, над облаками
Небо рдеет и горит,
Искрометными волнами
Мерно озеро шумит:
Как серебряные с чернью
Горы снежные стоят,
На зарю они вечернью
Зарумянившись глядят...
Я любуюсь - из отеля,
У раскрытого окна:
Хороша - Вильгельма Теля -
Ты свободная страна!...
И смотря на эти дива,
На природы здешний рай,
Вспомнил я - неприхотливый,
Бедный мой родимый край!
Край, где каждый год полгода,
Под сугробами снегов,
Спят и люди и природа,
Цепенея в царстве снов.
Где зимой - сплошные ночи,
Где весной - без ночи дань,
Где права - всего короче,
А всего длиннее - лень...
Нет, на озере Женевском
Трудно даже понимать,
Как у на, порой, на Невском
Можно жить и поживать!


Петербургская мелодия

Много жертв легло в работе,
Строя город на болоте,
В испареньях тины грязной!..
Но погибла их забота:
И в дворцах столицы праздной -
Жизни пошлой, безобразной,
Пахнет старое болото!

СПб
1860


Святочная мелодия (отрывок)

Ночь темней тюрьмы чернеет,
Дождь со всех сторон струится,
Всюду слякоть да ненастье,
Да холодный ветер злится...
И не только звезд небесных, -
Фонарей земных не видно...
Я бреду с разбитым сердцем,
И с растерзанной душою, -
Грустно голову понуря, -
Ничего не ожидая,
Ничему не удивляясь...
Опасаясь, что от этой
Неприветной, мрачной ночи
Я как раз схвачу простуду,
И все праздники наверно
Неотвязно кашлять буду...


***

Передо мною год от года
Просторней жизни небосклон
И не стеснен ревниво он
Страной мне чуждаго народа.
О нет! душа, весь мир любя,
Летит над миром вольной птицей;
Противно ей сковать себя
Географической границей.
Жизнь есть всеобщий братский пир;
Всем и всему мои объятья!
Наш Пушкин, Шиллер и Шекспир
Всегда друг-другу будут братья.
Любовь к отечеству живет
Не за Китайскою стеною,
Перенеся смиренно гнет,
Гнет самовластья над собою; -
Но каждый день и каждый час
К минуте той нас приближает
Когда свободно засияет
Весь мир отечеством для нас.

1879 г.


Слияние сословий

Говорил мне председатель
Нашей доблестной управы:
- "И дворяне, и крестьяне,
И торговцы наши правы...
Как сижу я в заседанье, -
Вся полна тревогой зала;
Словно, - снова мирозданье
Начитается сначала!..
И шумя, и надрываясь,
Все сливаются сословья,
Друг на друга устремляя
И налоги, и злословья...
А я - думаю спокойно:
Хоть охрипни ты - оратор,
Хоть пуститесь в потасовку, -
Помирит всех губернатор!"

1869 г.


Басня про немцев

Ребенок у стола, от ленности, невольно,
Зевал, дремал, заснул,
И вдруг, - упал под стул,
Об ножку столика, ударившись пребольно.
Вот, няня, - чтоб его утешить как

нибудь,
Кричит, надсаживая грудь:
- "Ударь, скорей ударь, соколик!
Ведь экий скверный столик!
Он Ваню моего ушиб!"

---
Портной Иван от пьянства разорился, -
А сам - кричать пустился,
Что немец виноват - портной Готлиб...

---
Скажу-ли, наконец, отбросив

осторожность?
Не любим в немцах мы свою ничтожность...

1872